Тимур и его пропаганда

В 1940 году кинопроизводство СССР разродилось новой идеологической сказкой. В ней детский писатель Гайдар, отличившийся в годы Гражданской Войны небывалой жестокостью, учит пионеров слежке и расправе. После очередного выхода из психиатрической клиники он осознал важность советской пропаганды для детей, ну а руководство страны милостиво позволило ему перенести этот фарс на экраны. Фильм снят почти слово в слово по повести, лишь с небольшой примесью военной романтики и песен. Сюжет вращается вокруг двух враждующих детских группировок. Одна изо всех сил стремится быть хорошей, вторая — карикатурно плохой. Фильм чёрно-белый и по цвету, и по содержанию. Главные протагонисты играют в репрессии: находят классовых врагов среди своих ровесников и нападают на них ночью. Задача их проста: установить над местной деревней тотальный контроль, выяснить всё про её обитателей, обозначить их как «своих» и «чужих», а далее по ситуации. «Своим» помогают, «чужих» нещадно бьют. Все новоприбывшие вербуются и помогают наводить справки о соседях. Дети усвоили: без слежки, доносов и публичного порицания Союз не отстоим.

Детские игры в казаков-разбойников приобретают мрачный идеологический оттенок с того момента, как становится ясно: эти дети и правда знают о соседях всё. Не по рассказам старших: взрослые в фильме напрочь отсутствуют. Только пожилой врач, в котором можно заподозрить переодетого Троцкого. Но и он здесь ни при чём: тимуровцы совершенно беспризорны и крайне недоверчивы. Грохот консервных банок на деревьях созывает детей на разведку. Планов много: кому-то разрисовать забор, о ком-то навести справки, кого-то побить, кого-то запереть. Заборы идеологически правильных соседей они помечают красной звездой и выясняют все подробности о жизни их обитателей: вплоть до плача местного ребёнка и поведения чужой козы. Неизвестно, портят ли они заборы недостаточно оголтелых коммунистов. Впрочем, глядя на светлые зализанные волосы Тимура и его короткие шорты, невольно задумываешься: а не пометил ли он чей-нибудь забор звездой Давида? Действие сопровождается военными песнями и проезжающей по дачам бронетехникой. Маленькие девочки с косичками мечтательно поют о бомбах и войне. Их мечты скоро сбудутся.

В качестве главных героинь фигурируют две сестры — старшая и младшая. Старшая читает идеологически правильные книги, развернув их обложкой к зрителям, младшая охотно вербуется в команду юных коммунистов. К слову, их отряд совершенно не жалуют немногочисленные взрослые, особенно перманентно недовольная сестра младшей героини — Ольга. В один момент она вздыхает: «Было бы мне не девятнадцать, а лет сорок...». Её хочется утешить, ведь выглядит и ведёт она себя на все пятьдесят, если не больше. Отношение к сестре Ольга выражает фразой: «Я ей приказала». Самая советская сцена всего фильма: очередных «шпионов» и «вредителей» после избиения запирают в сарае, прикрепляя к нему табличку с призывами не жалеть и всячески осуждать запертых. Народный суд во всей красе. Не линчевание — но и герои совсем дети. До полноценных доносов и расстрелов им ещё расти и расти. Взрослые соседи, ранее недолюбливавшие трудных подростков, довольно гогочут и расходятся. В начале фильма зрителю объясняют, что местные обитатели деревни не делают различий между детскими бандами и отрицательно относятся к ним в целом. Местный Троцкий даже целится в них из ружья, но назойливые тимуровцы пришли без ледоруба. Однако публичные разборки и запирание детей в сарае на всю ночь — это понятная и приятная традиция для любого советчика. Поэтому освобождать их никто не спешит.

Вообще заслужить расположение взрослых в этом фильме крайне трудно. Дети опытным путем нащупали два пути: публично линчевать приятелей или показать красную звезду на груди. В первом случае итогом будет одобрительный гогот, во втором — менее одобрительный кивок. При ином раскладе дети получают подзатыльники и ор: узнав, что Тимур попросил её сестру никого не бояться в его доме, Оля на него на всякий случай кричит. Возникает логичный вопрос: а где родители всех этих детей? Мы знаем, что отец главных героинь сбежал от своих дочерей куда-то на фронт (в 1939 году, что характерно), а мать остаётся за кадром. Но почему все без исключения дети предоставлены сами себе? Чем обусловлена их беспризорщина? Вероятнее всего — многочасовым трудом родителей на производстве. Детьми никто не занимается, а взрослые не могут помочь ни им, ни самим себе, поэтому их чада радостно избивают друг друга и портят заборы безо всяких преград. Лишь озлобленная сестра главной героини и неадекватный дядя Тимура проявляют инициативу: согласованно орут на своих деток. И невнятно интересуются друг другом. Этих двоих объединяет любовь к насилию, их чад — тяга к шпионажу и доносам. Впрочем, в конце родственник Тимура облачается в военную форму и тем самым завоёвывает всеобщее обожание. Напоминаю, что события фильма описывают позднее лето 1939 года. Очень интересно, а куда он едет воевать? Ответ лежит на поверхности.